Николай Лысейко. ВСТРЕЧА С ЮНОСТЬЮ и другие стихотворения. (выпускник НВВПОУ 1979 г.)

lysejko

 

Родился на Украине. С 1975 года по 1979 год – курсант Новосибирского высшего военно-политического общевойскового училища.
С 1979 года по 1992 год проходил службу в КДВО. В 1986 – 1987 г.г. обучался на Центральных курсах усовершенствования политического состава в г. Киеве. Занесён в Книгу Почёта воинской части 31432.
Был депутатом Белогорского городского Совета народных депутатов.
С 1992 года по 2000 год – служба в МВД (Ханты – Мансийский АО).
Закончил Северо-Западную академию государственной службы при Президенте РФ.
В 2000 году уволился в запас в звании подполковника милиции.
После руководил охранным предприятием численностью более тысячи человек.
С осени 2008 года проживает в г. Тюмени. Работает в охранной структуре.
Автор четырёх сборников стихотворений. В апреле 2005 года провёл творческий вечер «Отечество. Долг. Память». Победитель литературного конкурса «Судьбы простое полотно» к шестидесятилетию Победы.
Награждён двенадцатью медалями. Самой дорогой считает медаль «За боевые заслуги». Такой же медалью был награждён его дед, прошедший всю войну сапёром.
Женат. Сын, дочь. Два внука и внучка.






ДОРОГА К МЕЧТЕ.

(Июль 1975-го года).

Уносят рельсы – параллели.
Мелькают реки и дома.
В Сибирь, где ждут меня метели
И девять месяцев зима.

Когда прощалась с нами школа,
В мой ратный путь кто верить мог?
Ведь твёрдо знали, что Мыкола –
Историк, школьный педагог.

А я помчался на край света
Всё добавлял версту к версте.
Не видя красок, буйства лета
Спешил к своей большой мечте.

И вот нас четверо у цели.
Новосибирск… Большой вокзал…
Мы на восьмой автобус сели.
Не помню, кто нам подсказал.

У абитуры дом – палатка.
Сосновый лес стоит вокруг.
Нет строгого здесь распорядка.
И каждый брат тебе и друг.

Хотя, по сути, конкуренты
Друг другу были. Ё — моё!
Не помню, чтоб сии моменты
Нам отравляли житиё.

Отсев был как из пулемёта.
Мы на экзамен, словно в бой.
Курсантом стать ведь всем охота.
Из четверых лишь я «живой».

Ну вот и подошли к финалу.
Экзамен сдан последний был.
Нас пригласили к генералу,
Когда накал страстей остыл.

Доклад мой чёток был и краток.
Кричу: «Товарищ генерал!»
Но пот холодный меж лопаток.
А где он?  Так и не узнал.

Смешно вам? Мне лишь только грустно.
Я словно в штопоре, в пике…
Ведь с генералами не густо
В районном нашем городке.

Но, в кабинета центр глядя,
Увидел, наконец, его.
На первый взгляд хороший дядя,
И форма тоже ничего.

Теперь докладываю смело,
Раз прояснился сей момент,
Что прибыл, мол, такое дело,
Пока лишь абитуриент.

Вопросы, будто бы прореха,
Образовалась в рюкзаке.
В конце мне пожелал успеха
Полковник с шрамом на руке.

Стоим в строю. Сейчас решится,
Прошли все через кабинет.
Вот марафон сей завершится.
Курсанты мы? А, может, нет?

И вот минута та настала,
Которой каждый долго ждал.
Приказ зачитан генерала.
Зачислены! Ура! Финал!

 

ВСТРЕЧА С ЮНОСТЬЮ.

(К 40-летию Новосибирского высшего военно-политического общевойского училища).

Березки нас узнают, зашелестят листвою,
И проведет дорога на плац от КПП.
В знакомую казарму мы тихо дверь откроем.
Там встретим свою юность курсантскую в ХБ.

Сердца забьются чаще и защемят немного.
Казарма была домом, что нас тепло встречал.
Ждала нас всех мужская, нелегкая дорога.
Училище в Сибири – начало всех начал.

Мужали год от года, учились ратной службе.
В походную колонну мы шли к плечу плечо.
Верны мы и сегодня армейской нашей дружбе
И редким нашим встречам мы рады горячо.

Пройдем мы, как бывало, поротно ровным строем.
Незримо рядом с нами ребята, что ушли.
Тост третий молча выпьем и помянем героев.
Мы красные гвоздики к их бюстам принесли.

Нам ветвями помашут березы на прощанье.
Курсантские погоны никак нам не забыть.
Училищу родному мы скажем до свиданья.
С тобою нас связала невидимая нить.

ЭТО БЫЛО.

(Поэтический репортаж с юбилея НВВПОУ).

Эмоций шквал у КПП.
По телу пробегает дрожь.
Застыли танк и БМП.
Дом офицеров. Встречи. Дождь.

С волнением вокруг гляжу.
Как близко все и как знакомо.
В беседке молча посижу.
Я будто долго не был дома.

40 — летний юбилей
Собрал в июне вместе нас.
Огонь в глазах моих друзей
Горит. С годами не угас.

Затихли наши голоса
У бюстов памятной аллеи.
Дождь на лице или слеза,
Кто разобрать теперь сумеет?

Умыт дождем плац строевой,
Узнает каждого по шагу.
Он помнит марш наш выпускной.
Здесь принимали мы присягу.

Труба «Зарю» играла здесь.
Тут песни ротные звучали.
Занятий строевых не счесть
И каблуков, что истоптали.

Через десятки долгих лет
Сынов училище собрало.
Нам в душах зажигали свет
Слова седого генерала.

Взлетало к небесам «ура».
Гремело, множилось, катилось.
Все было будто бы вчера.
Порою кажется, что снилось.

На память фото, знак, медаль.
От встречи сердце не остыло.
Что в прошлом все, конечно, жаль,
Но рады мы, что это было.

ВЫПУСКНИКАМ НОВОСИБИРСКОГО ВЫСШЕГО ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОГО ОБЩЕВОЙСКОВОГО УЧИЛИЩА.

Плац… Много лет тому назад.
Родных устремлены к вам взоры.
Ловили вы друг друга взгляд,
Ведь всех ждала разлука скоро.

Четыре года, будто сон.
Вы возмужали, повзрослели.
И уже первый гарнизон
Свои распахивал вам двери.

Апрелем взорванный Афган
Позвал в стреляющие дали.
Друзья, ушедшие в туман,
В Союзе в камне вас встречали.

Поспешных выводов дурман
Вас, обожженных, ранил дома.
Нес груз войны в себе братан
В тисках «афганского синдрома».

Еще не раз звучал приказ.
Зеленки, горы вновь стреляли.
Неласково встречал Кавказ.
Политики вас подставляли.

Кто в войнах инвалидом стал,
Кто получил за бой награды.
На ваших ранах капитал
Нажили без стесненья гады.

С надрывом жили за друзей,
Честь офицера не роняли
И возмужавших сыновей
На ратный путь благословляли.

Плац строевой… Года прошли.
Белеют инеем седины.
За тех ребят, что не дошли,
Поднимем третий тост, мужчины.

ВНУКИ КОМИССАРОВ.

Остались годы службы позади.
С армейскими друзьями встречи редки.
Сменились: век, строй, символы, вожди.
Жизнь на сердцах оставила нам метки.

Погона тяжесть чувствует плечо,
И души настежь для друзей открыты.
Сердца все так же бьются горячо.
Мы внуки комиссаров — замполиты.

Счастливые курсантские года
Военных знаний дали нам основу.
Связали нас с тобою навсегда
С училищем родным — НВВПОУ.

Профессией Отчизну защищать
Гордились мы и ею дорожили.
Нелегкий быт… Солдатская кровать…
На службе капиталов не нажили.

Присяга, честь — для нас не просто звук,
Ведь офицеров бывших не бывает.
С курсантских лет знакомый политрук
Зовет в атаку. Нас объединяет.

ВСПОМНИМ, БРАТ.

(Памяти начальника НВВПОУ генерала-лейтенанта  Волкова Б.Н.).

Эта весть прямо в сердце бьет.
Грузом тяжким легла на плечи.
Вспоминаем мы прошлый год.
Юбилей. Радость нашей встречи.

Как кричали «Ура» с тобой.
В душах громко звенели струны,
Когда наш генерал седой
Поприветствовал всех с трибуны.

Его голос с тех пор знаком,
Как надели курсантский китель.
Был наставником нам, отцом.
Командир, фронтовик, учитель.

Нелегко говорить нам «был»,
Ведь в сердцах нам зажег он пламя…
Многотысячный строй застыл.
Слышим голос его: «Под знамя…»

Тяжело так на сердце, брат,
Будто тысяча в нем осколков.
Принимает последний парад
Генерал-лейтенант Волков.

ВЕЧЕРНЯЯ ПОВЕРКА.

Строй ротный застыл вновь вроде
Через три десятка лет.
И вижу: в четвёртом взводе
Кого-то в строю том нет.

Не занято чьё-то место
В четвёртом курсантском взводе.
Не чьё-то, ведь нам известно –
Статкевича нет Володи.

Не тронет меха баяна…
И внемлет поверке рота.
А где-то в горах Афгана
Бьёт очередь пулемёта.

Оборвана жизнь в походе.
В граните пришёл с Афгана.
В четвёртом курсантском взводе
Не место пустое – РАНА…

КАК ПОЖИВАЕШЬ, КОМАНДИР?

Как поживаешь, командир?
И мы по-разному все тоже.
Лишь только изменился мир
С поры, когда мы помоложе,

Да что там – просто пацаны
Погоны с буквой «К» надели.
Теперь об этом снятся сны,
И три десятка пролетели

Нелёгких лет. Афган нас ждал,
Чеченских гор щетина злая.
Бывало – кто-то предавал.
Казалось, нет конца и края

У этой проклятой войны.
Но мы здоровы, целы вроде
И черной птицей средь весны
Весть о Статкевиче Володе…

Нам всем сейчас за пятьдесят.
Володе – двадцать три навеки…
И также журавли летят,
Ломают лёд, проснувшись, реки…

Курсант вчерашний нынче дед.
На кителе в шкафу медали.
Привычных звёзд и флага нет,
Страны, которой присягали.

И через три десятка лет
Жмём, командир, твою мы руку.
Не подвели тебя мы, нет.
Спасибо, ротный, за науку!

ФИЛЬМ «ОФИЦЕРЫ».

Вновь на экране Туркестан.
Мелькают сабли, люди, кони.
Пленен басмач Магобетхан,
Друзья уходят от погони.

Я этот фильм смотрел не раз,
Но замираю у экрана.
Равнялись многие из нас
На Алексея и Ивана.

Слова комэска повторяя,
Сумели жизнью доказать,
Что есть профессия такая:
Свою Отчизну защищать.

ВСЕ НЕ ТАК ПРОСТО.

Зимней морозной ночью
Крикнул дневальный: «Рота!»
Сны разорвались в клочья.
К маршу готовсь, пехота.

Подняты по тревоге
С теплых постелей в стужу.
Голос командный строгий …
Снег по асфальту кружит…

Стук сапог по земле мерзлой.
Шквальный ветер шинель треплет.
Среди сопок змеей версты.
В небе тусклом луна светит.

Воля крепко в кулак сжата.
Вьется вверх перевал круто.
Стали ноги не сталь – вата.
Багровеет восток – утро.

Одинокий вопрос робкий:
«А когда же привал? Скоро?»
Когда в карту глядишь – сопки.
А на марше идешь – горы.

Позади городок – точка.
Впереди без конца версты.
Марш-бросок на листе — строчка.
А в строю — все не так просто.

ТАК МУЖАЕТ СОЛДАТ.

Затяжной марш-бросок
Среди сопок и скал.
Под ногами песок.
Впереди перевал.

Тянет вниз автомат.
Спину трет вещмешок.
Измеряет солдат
Маршем Дальний Восток.

Солнце жжет горячо.
Без конца перевал.
Друга рядом плечо,
Если кто-то отстал…

Спину трет вещмешок.
Тянет вниз автомат.
Затяжной марш-бросок.
Так мужает солдат.

ПОБЕДА НАД СОБОЙ

Снег слепит хрустально-белый.
За пригорком танка рык.
Испытание — кто смелый,
Кто боец и кто мужик.

Да, совсем это не сладко:
Чувствовать броню спиной.
Начинается обкатка,
А волнение — как в бой.

Быстро движется громада.
Я — песчинка на снегу.
Победить в дуэли надо.
Потому и не бегу.

Выстрелы из автомата…
Гул и  лязг над головой…
Догоняет танк граната…
Я оглох, но я  живой.

На снегу от траков след.
Отгремел учебный бой.
Самой главной из побед
Есть победа над собой.

ВОСПОМИНАНИЯ В НОВЫЙ ГОД.

(Подвигу 81-го мотострелкового полка посвящается).

Ты почему не весел, брат,
Когда огни вокруг горят,
Веселье, фейерверков гром,
Нет радости в лице твоем?

Вздохнул и мне ответил брат:
— Тринадцать лет тому назад
В полку зачитан был приказ,
Что марш назначен на Кавказ.

Я вспоминаю, будто сон,
Погрузку нашу в эшелон.
Как в полдень прозвучал гудок.
Дорогу. Выгрузку. Моздок.

Аэродром. Марш. Перевал.
Что ждет за ним – никто не знал.
И вот мы у аэропорта.
На скатах Терского хребта.

Здесь первый выстрел прозвучал.
От пуль окоп нас защищал.
А сверху БМП броня
Нас прикрывала от огня.

«Полк, слушай боевой приказ!..»
И всем нам стало ясно враз.
День завтра будет непростой,
Вступаем утром в первый бой.

Взят «Северный» аэропорт.
Мотострелковый полк, вперед!
А где-то праздник, Новый год,
И каждого нас кто-то ждет…

Мы в центр попали без потерь,
Но в ад была открыта дверь.
Нам в полдень виден был вокзал.
И дальше враг уже нас ждал.

Из зданий — РПГ в упор.
Нас жгли, как в детстве мы костер.
Машины грозные горят.
Стреляют снайперы в ребят,
А мы помочь не можем, брат.

Бой разгорался у дворца.
Казалось, бою нет конца.
Был дважды ранен командир.
Вокруг был нереальный мир.

И словно страшный, жуткий сон,
Гул битвы и братишек стон.
Отсечены от главных сил.
Свинцовый вихрь нас косил.

Рубеж наш был передовой.
Быть первыми — крест непростой.
И шагу не ступив назад,
Сражался сводный наш отряд.

Солдаты, просто пацаны,
Взрослели быстро средь войны.
Я в час тяжелый понял, брат,
Как наши – нет нигде солдат.

А кто-то, позабывши стыд,
С экрана объявить спешит,
Что полк расстрелян и разбит,
Но мы стояли, как гранит,
И враг был бит.

Не будет нами позабыт,
Кто пал, над кем звезда горит.
Кто с честью выполнил приказ,
В строю навечно среди нас.

Вот почему невесел, брат.
А празднику, конечно, рад.
Но бой тринадцать лет назад
Туманит взгляд.

ГРУЗ ПАМЯТИ.  

Когда приходим мы, ребята,
К могилам вашим каждый год,
Стоим мы молча, виновато,
И время замедляет ход.

Знакомые до боли фото.
Напротив мы – глаза в глаза.
Но запершило в горле что-то,
И холодит щеку слеза.

Обнимем мать, простить попросим
За то, что не смогли сберечь.
Мы эту боль у сердца носим.
Груз памяти не снять нам с плеч.

Глядя на плачущие свечи,
Мы вспоминаем имена
Тех, с кем сражались в грозной сече.
Нас породнила всех война.

Пусть говорят, что время лечит,
Но в памяти горит огнем
Тот бой. И будут наши встречи,
Пока мы на земле живем.

НА ЮГЕ СТРЕЛЯЮТ.

Невыносимо давят облака
И плачут скупо, будто  бы мужчины.
К костру невольно тянется рука.
На сапогах по пуду вязкой глины.

Грязь, слякоть, ветер и везде вода:
В окопах, бэтээрах и палатках.
А где-то мирно дремлют города,
Посапывает детвора в кроватках.

Чужое небо в вспышках, трассерах.
Домов полуразрушенных глазницы.
Над городом ночным кружится страх,
Как ждущие поживы злые птицы.

Жизнь на войне другая, мир иной.
Становятся там люди ближе, чище.
На прочность проверяют быт и бой.
Свинец горячий жертву свою ищет.

Который год грохочет гром в горах.
И пусть его войной не называют.
Но болью  отдает у нас в сердцах.
Когда на юге гибнут и стреляют.

ФРОНТОВИК.

Я не пришел еще с войны,
Она меня не отпускает,
Приходит ночью в мои сны,
В сороковые возвращает.

Я не пришел еще с войны,
Она бурлит во мне, грохочет,
И уходить никак не хочет:
Раскаты боя мне слышны.

Мне снова восемнадцать лет,
Я в гимнастерке и пилотке.
Нам замполит читает сводки,
И уже многих с нами нет.

Пришлось немало нам познать,
Считая огненные версты.
Нам не хотелось умирать,
А выжить было так непросто.

В жару и холод, ночью, днем,
В боях друзей своих теряя,
Мы отстояли отчий дом
И принесли победу в мае.

Все меньше нас, фронтовиков,
Приходит в мае к обелискам.
Молчим. Не надо лишних слов.
Погибшим кланяемся низко.

ВСТРЕЧА С ДРУГОМ.

Загрустил ветеран
В праздник свой, юбилей.
Сквозь года, как туман,
Видит лица друзей.

Вспоминает дороги
Великой войны.
Как ушел от порога
И прошел полстраны.

Как горбушку делил
И табак на двоих.
Как он верил и жил,
Вспоминал о родных.

Как в окопах он мерз,
Крепко сжав автомат.
Сколько он перенес
В эти годы, солдат.

Память в сердце горит,
Словно вечный огонь.
На граните лежит
Ветерана ладонь.

Друг в граните застыл,
Продолжает свой бой.
Жизнь, как все, он любил,
Но закрыл нас собой.

Покатилась слеза
На холодный гранит.
Другу смотрит в глаза,
Тихо с ним говорит.

Майским праздничным днем
Вспоминает солдат.
Незаметно уйдем,
Вместе пусть помолчат.

МАМЫ ЖДУТ.

Не грохочет уже война.
В мирном небе лишь мирный гром.
Только мать до сих пор одна.
Сына ждет опустевший дом.

Много дней и ночей ждала.
И молилась, чтоб выжил он.
И забывшись его звала.
Стала жизнь, словно тяжкий сон.

Вспоминала она, как рос
И шалил, как обычно дети.
В тихой рощице из берез
Он с девчонкой рассветы встретил.

Но, услышав трубы сигнал,
Встали в строй и ушли ребята.
— Я вернусь, — маме сын сказал.
С той поры она ждет солдата.

Мать уходит на край села.
Смотрит пристально на дорогу.
Лишь надеждой она жила
И за сына молила бога.

Фотография на столе
И в конверте письмо родное…
Мамы ждут на моей земле
Сыновей, что идут из боя.

СОЛДАТСКАЯ МАТЬ.

(Олицетворением всех матерей-героинь стала краснодарская крестьянка Епистиния Степанова, потерявшая на войне девятерых сыновей. В 1944 году получила последнее письмо от сыновей. Посмертно награждена орденом Отечественной войны).

Когда страна Победу отмечала,
Встречала сыновей своих с войны,
Старушка страшным голосом кричала:
— Земля, ответь мне. Где мои сыны?

Станичники, что возвращались с фронта,
Быстрей пройти старались мимо хаты,
Как будто виноваты были в чем-то,
Что не вернулись сыновья-солдаты.

Но мать ждала ушедших сыновей,
Крахмалила для праздника рубашки.
Весною огород ждал пахарей,
Но нет Филиппа, Николая, Пашки.

Нет писем от Ивана и Ильи,
От Федора, Василия и Саши.
И люди беды мерили свои
С невыносимым этим горем страшным.

Печаль и боль читается в глазах.
Судьбе покорность, вера, к жизни воля.
Платок на снежно-белых волосах.
Горчит полынью русской бабы доля.

Вручен посмертно орден той войны,
Что сыновей забрала бессердечно.
Солдатской матерью для всей нашей страны
Она осталась в памяти навечно.

ОБМАН.

Мы с тобой о войне
Только в книгах читали.
Жили в мирной стране
И о многом мечтали.

У нас жизнь впереди:
Планы, взлёты, паденья,
Ордена на груди
И любые свершенья.

Но сигнал поступил,
Изменилось все сразу.
От отцовских могил
Вы ушли по приказу.

Здесь Союз, тишина,
Клуб, вино, рестораны.
Там – Афган и война,
Марши, горы и раны.

Увольнялись в запас,
Но не все вам здесь рады:
«Я не слал Вас туда».
Раздражают награды.

Друг-афганец, держись.
Тяжелее вам было.
Отдавали там жизнь,
И здесь жизнь не щадила.

Снова слышен обман,
Вас понять не готовы.
Ваша память – Афган,
Снится снова и снова.

И уже сыновья
Долг в Чечне выполняют.
«Посылал Вас не я!» —
Им, как вам, повторяют.

Но сломить вас нельзя.
Не такое видали…
Молча смотрят друзья
В камне на пьедестале.

АФГАНИСТАН.

Чем был для вас Афганистан,
Вопрос не раз вам задавали.
Нередко слышите — обман,
И время зря там потеряли.

Вам часто снится та страна,
Что за хребтами Гиндукуша.
Осталась в памяти война,
Друзей потерянные души.

Стреляли в вас из-за дувалов,
Казалось, мирных кишлаков.
Но странно Родина встречала
Войной отмеченных сынов.

Солдат – мальчишка, инвалид,
Споткнулся на душманской мине.
Не рана, а душа болит.
Воюет в снах он на чужбине.

Тех лет нельзя у вас отнять,
Вы долг солдатский выполняли.
Афган прошедшим лучше знать,
Что там нашли, что потеряли.

РАЗГОВОРЫ ЗА СТОЛОМ.

Разговоры, разговоры
Вновь за праздничным столом.
Вспоминают парни горы,
Что встречали их огнем.

Молча рюмки наливают.
Поднимают третий тост.
Где сражались, вспоминают, —
Кто Баграм, Гардез, кто Хост.

Вновь знакомые названья:
Кандагар, Джелалабад.
Там ходили на заданья
Много лет тому назад.

Помнят горы Гиндукуша
И пустыню Регистан.
И часами могут слушать
Песни, что родил Афган.

Каждый службу вспоминает,
Горы и бои свои.
И друг друга называют
По привычке «шурави».

СЛЕЗА НА КАМНЕ СТЫНЕТ.

Афганистан болит в душе ребят,
Пришедших из далекого похода.
Друзья на них погибшие глядят
Из восемьдесят памятного года.

Болит в сердцах он тысяч матерей.
Упавшая слеза на камне стынет.
На необъятной Родине моей
Ждут сыновей погибших на чужбине.

И ждать их не устанут никогда,
В неведомые вглядываясь дали,
Дома, поселки, села, города,
Которые на службу провожали.

Афганистан в истории страны
Тяжелая, кровавая страница,
Солдатам, возвратившимся с войны,
И матерям погибших будет сниться.

НАЙДУ НА КАРТЕ.

Первый свой гарнизон я на карте найду без труда.
Память, словно в кино, отмотает всю ленту сначала.
Сердце также забьется, как билось оно и тогда,
Когда часть среди сопок тепло лейтенантов встречала.

Штаб, дома, КПП, слева в садике крик детворы,
Прямо – наше жильё, «олимпийской деревней» зовётся.
Часовой – тригопункт  на верху «Динамитки»-горы,
Клуб… а дальше тропа среди трав юркой змейкою вьётся.

Орден Красной Звезды на плацу отливает рубином.
Стук сапог здесь с утра до отрядной вечерней проверки.
Ежедневный развод… Строй армейский в порыве едином…
Время было другое, другие оценки и мерки…

Первый свой гарнизон я на карте найду без труда.
Сада нет, КПП, а дома, словно стер с земли кто-то.
От солдатской казармы и плаца не видно следа.
Краснозвёздный отряд, в нашей памяти он и на фото…

ВЫБРАЛ Я САМ.

Жизнь моя кочевая. Всё вокзалы, дорога.
Чемодан неподъемный. Спит на нём детвора.
Только встретишься с мамой, отцом у порога,
Как уже возвращаться обратно пора.

Гарнизоны, квартиры, поезда, самолёты,
Стрельбы, марши, тревоги, а в письме пару строк.
Среди сопок следы от сапог моей роты
И за годы стал близким мне Дальний Восток.

На плацу боевые алели знамёна.
Замирали от звуков «Славянки» сердца.
Многосотенный шаг моего батальона
До сих пор хранит память былого бойца…

Жизнь моя кочевая, как перекати-поле.
Горе, радости в ней на двоих пополам.
Благодарен судьбе и своей ратной доле,
В детстве жизненный путь выбрал себе сам.

ВОЕННЫЙ МУНДИР.

В шкафу висит мундир военный мой.
Одежды для мужчины лучше нету.
Путь в юности был выбран непростой.
Судьба бросала нас по белу свету.

Меняли место службы мы не раз,
Но я жалеть о прожитом не стану.
И если вновь даст Родина приказ –
Мундир без промедления достану.

Рука моя по-прежнему тверда,
И не забыты ратные науки.
Но я хочу, чтоб в жизни никогда
Грозы военной не слыхали внуки.

Страничка Николая Лысейко на форуме «Автомат и гитара»

×
Позвонить нам
[contact-form-7 404 "Not Found"]